header Notes Collection
наверх

10 Фунтов Стерлингов 1980, Гернси

Ежегодный справочник банкнот Великобритании Номер: GU52a
Годы выпуска: 1980
Тираж: -
Подписи: States Treasurer: Mr. W. C. Bull
Серия: Без серии
Образец от: 1980
Материал: Хлопчатобумажное волокно
Размер (мм): 150 x 85
Печатный двор: TDLR (Thomas de la Rue & Company), London

* Картинки отмеченные знаком magnify, рассматриваются увеличительным стеклом, остальные открываются в полном размере по клику на изображении.

** Слово "Specimen" присутствует только на некоторых электронных изображениях, согласно правилам публикации банкнот соответствующих банков.

10 Фунтов Стерлингов 1980

Описание

Водяной знак:

watermark

Печать Гэрнси.

Аверс:

10 Фунтов Стерлингов 1980

Печать Гэрнси (в лавровом венке) в нижнем левом углу.

Герб или печать Гернси - один из государственных символов британского коронного владения Гернси.

Герб (печать) Гернси представляет собой красный щит, на котором изображены три британских льва. Наверху герба по центру изображён золотой росток. Одновременно напоминает гербы Нормандии, Англии и Джерси.

akant

В центре, за номиналом цифрой - листья аканта.

Акант, также аканф (греч. ἄκανθος) - характерный рисунок украшений коринфских и композитных капителей, модульонов, акротериев. Акантовый орнамент характерен также для декора фризов и карнизов.

Назван по аналогии с травянистым растением акантом из семейства акантовых, произрастающим в Средиземноморье. Форма его листьев, с несколькими острыми концами, напоминающими медвежью лапу, послужила основой для рисунка.

Акант часто олицетворял жизнь, бессмертие.

Cornet

В центре, на фоне, замок Корнет.

Корнет (англ. Cornet) - замок на Гернси, расположенный на когда-то отделявшемся приливом острове, ныне соединённым с материком волнорезом гавани Сент-Питер-Порта.

Размер острова, на котором располагается замок, составляет 2 гектара - в длину 175 метров, в ширину - 130 метров. Остров находится в 600 метрах от берега Гэрнси.

Замок был построен между 1206 и 1256 годами, после завоевания островов Англией. В 1339-м, после захвата острова Францией, замок был взят и разрушен, а гарнизон истреблён. В 1545-1548 годах замок был восстановлен, и служил в качестве резиденции губернатора Гернси, после того, как крепость была перенесена в 1566-м на остров Кревишон. В 1672-м в оружейный склад замка ударила молния, и он был разрушен взрывом, причём погибло много находившихся в нём людей, в том числе мать и жена губернатора.

В период Наполеоновских войн замок был включён в систему укреплений порта, а в 1887 году к 50-летнему юбилею правления королевы Виктории рядом была построена стоянка для яхт, в период Первой мировой войны служившая базой для гидропланов.

Во время Второй мировой войны замок был занят небольшим гарнизоном немецких войск.

В 1945-м замок был передан народу острова.

В настоящее время в нём размещаются:

1) Морской музей

2) Музей истории замка

3) Музей 201-й эскадрильи королевских ВВС, базировавшейся на Гернси

4) Музей королевской милиции Гэрнси, который также содержит артефакты королевской лёгкой пехоты Гэрнси.

Тут также есть ресторан и летняя театральная площадка.

Номинал прописью справа, цифрами в центре и в нижнем правом углу.

Реверс:

10 Фунтов Стерлингов 1980

Isaak Brock Isaak Brock

Гравировка на банкноте сделана с этой миниатюры Айзека Брока, в молодом возрасте, работы Филипа Жана 1785 года.

Сэр Айзек Брок KB (англ. Isaac Brock; 6 октября 1769, Сент-Питер-Порт, Гернси - 13 октября 1812, Куинстон-Хайтс, Верхняя Канада, ныне Онтарио) - офицер британской армии, участник Наполеоновских войн и Англо-американской войны, лейтенант-губернатор Верхней Канады. Погиб в битве на Куинстонских высотах, отражая попытку американских войск вторгнуться в Канаду через реку Ниагара, и посмертно удостоен неофициального почётного титула "спаситель Канады".

Айзек Брок был восьмым сыном Джона Брока и Элизабет де Лайл, родившимся в Сент-Питер-Порте (Гернси) 6 октября 1769 года. Род Броков проживал в Сент-Питер-Порте как минимум с 1563 года, когда в первых приходских книгах уже появляется имя Филипа Брока. У родителей Айзека было в общей сложности десять сыновей и четыре дочери. Мальчик рос, как и его братья, высоким и крепким и был развит не по годам, отличаясь при этом, как сообщает его первый биограф, необычайно мягким характером. Начальное образование Айзек получил на Гернси, где считался лучшим боксёром и пловцом в школе, в десять лет был отправлен в школу в Саутгемптоне, а затем на год отправился в Роттердам для обучения французскому языку.

2 марта 1785 года, в возрасте 15 лет, родители купили Айзеку Броку чин энсина в 8-м пехотном полку (вакансия образовалась в результате повышения по службе ряда офицеров полка, начиная со старшего брата Айзека, произведённого из лейтенантов в капитаны). Первые годы службы Айзек провёл в Англии, дослужившись в 1790 году до лейтенантского звания; в эти годы он уделял много времени завершению своего образования. Уже в 1790 году он приобрёл капитанский чин в одной из новых рот британской армии, в которую вербовал солдат на Гернси и Джерси, а оттуда перевёлся в 49-й Хертфордширский пехотный полк, где стал капитаном в июне 1791 года.

В составе 49-го полка Брок нёс службу вначале на Барбадосе, а позже на Ямайке. Ко времени службы в Вест-Индии относится эпизод, который биографы рассматривают как свидетельство присущих Броку храбрости и целеустремлённости. Вскоре после его прибытия в 49-й полк его вызвал на дуэль известный в полку бретёр. Брок выбрал в качестве оружия пистолеты, но, будучи человеком крупного телосложения, потребовал стреляться не на 12 шагах, а через платок, то есть фактически с нулевого расстояния. На таких условиях его соперник стреляться отказался и вскоре с позором покинул полк. В 1793 году Брок вернулся с Ямайки в Англию на лечение; биограф сообщает, что в это время один из офицеров полка умер от лихорадки, а сам Брок выжил лишь благодаря заботам слуги, к которому он после этого до самой смерти относился "как к брату". После возвращения в Англию ему был поручен набор рекрутов на Гернси. С новыми солдатами Брок присоединился к 49-му полку после того, как часть прибыла в Англию в июле 1796 года, уже в звании майора. В 1797 году он получил чин подполковника и к концу года стал командиром 49-го полка, который достался ему от предшественника настолько плохо организованным, что перед тем стоял выбор: продать чин или предстать перед военным трибуналом. Сам Брок в качестве командира полка не только показал себя способным военным администратором и сторонником дисциплины, но и сумел завоевать доверие и любовь солдат. Это, в частности, проявилось позже, в первое возвращение Брока в полк после отлучки: солдаты, недовольные действиями его заместителя Роджера Шиффа, радостно приветствовали возвращение командира, за что тот распёк их и отправил на неделю в казармы, так как не хотел популярности за счёт других офицеров.

В июне 1802 года 49-й полк был направлен в Британскую Северную Америку, куда прибыл в последней декаде августа. Полк перезимовал в Монреале, а весной 1803 года передислоцировался в Верхнюю Канаду (ныне провинция Онтарио). Штаб-квартира Брока расположилась в Йорке (в настоящее время Торонто). Часть полка под командованием младшего подполковника Шиффа была расквартирована в Форт-Джордже (ныне Ниагара-он-те-Лейк). Вскоре перед Броком встала проблема борьбы с дезертирством. Ему удалось перехватить нескольких солдат, пытавшихся дезертировать в США. В том же году ему удалось положить конец заговору нескольких унтер-офицеров из гарнизона Форт-Джорджа, которые планировали убить Шиффа, арестовать других офицеров гарнизона и бежать в США. Брок, получивший известия о готовящемся мятеже, лично командовал арестом заговорщиков. Семеро из дезертиров и заговорщиков были приговорены позже к расстрелу военным трибуналом. Во время суда несколько из заговорщиков заявили, что даже не думали бы о мятеже, если бы продолжали оставаться не под началом Шиффа, а под командой самого Брока.

В 1805 году Айзек Брок был произведён в полковники. Вскоре после этого он вернулся в Англию на побывку, но прервал отпуск, когда пошли слухи о предстоящей войне с Соединёнными Штатами, и в сентябре 1806 года прибыл снова в Британскую Северную Америку, где временно принял под своё командование все британские войска в этом регионе. Он занимал пост командующего до прибытия в Нижнюю Канаду (в настоящее время провинция Квебек) генерал-губернатора Д. Г. Крэйга.

Находясь в Нижней Канаде, Брок начал подготовку к войне. По его рекомендации части, расположенные на границе с США, были укомплектованы надёжными солдатами с большим опытом службы, целью чего было предотвращение дезертирства. Под руководством Брока был дополнительно укреплён город Квебек, а батарея из 8 тяжёлых орудий размещена в цитадели времён американской Войны за независимость, контролирующей южный берег реки Святого Лаврентия на подступах к городу. По его приказу речной и озёрный транспортный флот Канады был поставлен под контроль армии и с этого момента претерпевал изменения, которые должны были позволить ему в случае необходимости участвовать в боевых действиях. Через шесть лет британский речной флот установил контроль над Великими озёрами на первом этапе Англо-американской войны, что позволило отстоять Верхнюю Канаду от полномасштабного американского вторжения. Однако эти и другие меры по укреплению обороноспособности североамериканских провинций были причиной конфликтов Брока с местными гражданскими властями.

После прибытия Крейга Брок был произведён им в бригадиры, а несколько позже это звание было подтверждено метрополией. Брок был назначен главой военной администрации Монреаля, но вскоре вернулся в Квебек, где оставался до июля 1810 года, когда получил назначение в Верхнюю Канаду. Он оставался командующим британскими войсками Верхней Канады до самой смерти. В 1811 году Брок был произведён в генерал-майоры. С октября того же года он исполнял обязанности лейтенант-губернатора Верхней Канады, поскольку занимавший этот пост Фрэнсис Гор отбыл в Англию, откуда не вернулся до конца войны.

Брок несколько раз просил о переводе на главный театр военных действий в Европе, но угроза американского вторжения и восстания франкофонов в Нижней Канаде не позволили этому случиться, так что, наконец, в начале 1812 года уже он сам отказался от такого перевода, когда тот был ему предложен. В 1811 году он занял у брата-банкира 3000 фунтов стерлингов, чтобы приобрести снаряжение для своего полка; этот долг ему пришлось выплачивать из собственного кармана, отдавая всё своё гражданское жалованье лейтенант-губернатора. В это же время он добился от законодателей Верхней Канады согласия на формирование добровольческого ополчения, по два взвода в каждой роте которого должны были проходить регулярные учения по шесть дней в месяц без выплаты жалованья. Однако большинство его планов по-прежнему наталкивались на непонимание законодателей и отклонялись большинством голосов. Он даже связывал сопротивление гражданских властей его планам с большим влиянием переселенцев из США, во множестве проживавших в это время в Британской Северной Америке, и призывал к принятию мер, поощряющих переезд в колонии, в особенности в Верхнюю Канаду, истинных подданных британской короны.

18 июня 1812 года Соединённые Штаты Америки объявили Великобритании войну. К этому моменту в Верхней Канаде находилось 1500 солдат регулярных войск британской армии, причём некоторые части не были пригодны к боевым действиям. Основу боеспособных частей составляли 41-й пехотный полк и одна рота артиллерии. Сразу после получения известий об объявлении войны Брок с подкреплениями направился из Йорка к Ниагаре, но по рекомендации генерал-губернатора Дж. Превоста и ввиду слабости британского контингента (значительную часть которого составляли ополченцы, уже после первой недели ожидания начавшие проявлять недовольство) в первое время не предпринимал решительных действий. Имевшиеся в его распоряжении регулярные силы были распределены по четырём гарнизонам: 400 человек в Форт-Эри, 300 в Форт-Чиппава (ныне в черте города Ниагара-Фоллс), 300 в Куинстоне (ныне часть города Ниагара-он-те-Лейк) и 500 в Форт-Джордже (ныне также в составе Ниагара-он-те-Лейк).

12 июля американские войска во главе с бригадиром Уильямом Халлом вторглись в британские владения со стороны реки Детройт. Канадская милиция, защищавшая границу, была деморализована, началось массовое дезертирство. Брок распространил прокламацию, обещающую помощь метрополии даже в том случае, если провинция будет оккупирована американцами. Однако он столкнулся с сопротивлением местной законодательной ассамблеи, не желавшей перехода на военное положение. Несмотря на численное превосходство противника, Брок принял решение о переходе в наступление.

17 июля небольшой британский отряд на лодках добрался до американского форта на острове Мичилимакинак, контролировавшем переход из озера Гурон в озеро Мичиган, и захватил его. Последовал ряд стычек между американцами с одной стороны и британцами с их индейскими союзниками с другой, перехватывавшими американские транспорты и курьеров как на суше, так и на водных путях. В руки британской стороны попала в том числе и личная переписка американского командующего. В итоге Халл, опасавшийся быть отрезанным от своих тылов, 8 августа отступил за реку, где занялся укреплением Форт-Детройта. Собрав около 300 человек (солдат и добровольцев), Брок 13 августа достиг форта Амхерстберг на британском берегу реки Детройт. В общей сложности Брок располагал на этот момент 1300 солдатами, ополченцами и воинами союзных индейских племён, тогда как на стороне Халла в Форт-Детройте было 2000 человек (по оценкам самого Брока, не менее 2500). Войдя в оставленный американцами форт Сандвич, Брок завязал артиллерийскую дуэль с обладавшим более мощными пушками Форт-Детройтом, оказавшуюся безрезультатной для обеих сторон, и 15 августа пересёк реку, чтобы атаковать противника, но Халл сдал город без боя. Британцы захватили пленными весь личный состав отряда Халла, 35 орудий и армейские магазины (Брок использовал свою долю трофеев для погашения долгов своей семьи в Англии). Возможно, решение Халла было продиктовано опасением, что в сражении примут участие воины союзных британцам индейских племён, так как к этому моменту Брок установил тесные дружеские связи с вождём шони Текумсе, с которым они в знак союза обменялись кушаками, и с военным вождём мохоков Джоном Нортоном. Брок, знавший об этих страхах, в письме Халлу намекал на то, что после начала боя он не сможет удержать индейцев от зверств, хотя на самом деле их поведение в течение кампании постоянно оставалось достойным.

После захвата Детройта Брок планировал развить наступление на участке от Буффало до Форт-Ниагара и завершить его уничтожением американского арсенала в Саккетс-Харборе (на южном берегу озера Онтарио). Однако почти сразу же после первого успеха он получил известие о том, что генерал-губернатор Превост заключил перемирие с американской стороной. Таким образом, его руки были связаны, и план атаки на Саккетс-Харбор остался неосуществлённым. Теперь Броку предстояло решить задачу обороны длинной границы вдоль Ниагары имевшимися малыми силами против сконцентрированных на противоположном берегу Ниагары 6300 солдат (2600 из них ополченцы) и 400 воинов племени сенека под командованием генерала Стивена ван Ренсселера. Американский удар мог быть нанесён в любом месте, хотя к 12 октября уже имелась информация, что целью американцев будет Куинстон, где расположились части 49-го пехотного полка.

Американцы начали наступление 13 октября, и Брок поскакал к месту боя в сопровождении одних только адъютантов Макдонелла и Глегга. За ним последовали части 3-го батальона милиции из Йорка. К моменту прибытия Брока к месту сражения после семи миль скачки в сумерках по размытой дождями дороге продвижение противника было остановлено. Однако бой продолжался, и всего через час после появления Брока на поле боя вражеский огонь был сосредоточен на нём, поскольку он выделялся среди подчинённых ростом (более 190 сантиметров) и формой. Вражеская пуля попала ему в сердце в тот момент, когда он посылал в атаку йоркских добровольцев. Бой за Куинстон в конечном счёте был выигран генерал-майором Шиффом, подоспевшим на место с артиллерией и частями 41-го пехотного полка, а также индейцами под командованием Джона Нортона. В общей сложности около 950 американских солдат и офицеров были захвачены в плен, включая бригадира Уодсворта; ещё 90 американцев были убиты и 100 ранены, тогда как общие потери британцев и союзных индейцев, по их данным, составили 16 человек убитыми и 69 ранеными.

Айзек Брок был похоронен в Форт-Джордже 16 октября. В его честь был дан общий салют британскими и американскими войсками. Он погиб неженатым, в возрасте 43 лет, не узнав, что за четыре дня до этого принц-регент произвёл его в рыцари ордена Бани.

Battle of Queenston Heights Battle of Queenston Heights

Центральный мотив банкноты - элементы картины "Битва на Куинстонских высотах" (англ. "Battle of Queenston Heights"). Картина выполнена Джеймсом Дэннисом (James B. Dennis) - свидетелем тех событий, в 1866 году. Она показывает неудачную американскую высадку (вторжение) в Канаду 13 октября 1812 года. Посёлок Куинстон находится справа на картине, Куинстонские высоты - за ним. Посёлок Льюистон (Lewiston) показан с левой стороны.

Битва на Куинстонских высотах (англ. Battle of Queenston Heights) - одно из сражении англо-американской войны в 1812-1815 годов, которое произошло 13 октября 1812 года на холме Куинстон-Хайтс, нынешней провинции Онтарио между регулярными войсками США под командованием Стивена ван Ренсселера и регулярными войсками Великобритании и, канадскими добровольцами под командованием Айзека Брока и Роджера Хейла Шиффа, который принял на себя командование, когда Айзек Брок был убит. Произошло в результате попытки американских войск закрепиться на канадском берегу реки Ниагара и закончилось поражением американцев, которые впоследствии вынуждены были отступить из Канады. Также является первым крупнейшим сухопутным сражением в рамках Ниагарской кампании. Несмотря на численное преимущество обороняющих, американцы атаковали британские позиции на Куинстонских высотах и, после нескольких часов ожесточенного сражения, не смогли одержать победу над британскими вооруженными силами. Немалую роль в победе англичан сыграла помощь, оказанным им союзниками индейцами, а также подоспевшими на место сражения частями 41-го пехотного полка под командованием Джона Нортона с артиллерией. Потери американцев в этом сражении составили около 100 убитыми, 170 ранеными и 835 пленными, тогда как общие потери британцев и союзных индейцев, по некоторым данным, составили около 21 убитыми, 85 ранеными и 22 пленными.

monument monument

На банкноте, справа - памятник Айзеку Броку.

Через несколько лет после гибели Айзека Брока правительственная комиссия, занимавшаяся вопросом установки памятника ему на канадской земле, обратилась к членам его семьи с вопросом о том, каким бы они хотели видеть этот памятник. Предложенный проект представлял собой бронзовую статую высотой 2,5 метра на гранитном пьедестале, на который будут нанесены барельефы, изображающие его военные победы. Общая высота предлагаемого памятника составляла более 6 метров, заказать его планировалось автору барельефа в соборе св. Павла Уэтмакотту, а его стоимость, включая перевозку в Канаду, должна была дойти до 2500 фунтов. Цена показалась комиссии завышенной, и в итоге был выбран альтернативный проект архитектора Фрэнсиса Холла, представлявший собой тосканскую колонну стоимостью 2200 фунтов. Колонна была воздвигнута в 1824 году на Куинстон-Хайтс, месте гибели Брока и подполковника Макдонелла, убитого в том же бою, а их прах перезахоронен рядом с ней. В 1840 году, однако, колонна была повреждена взрывом порохового заряда; эту диверсию, вероятно, совершил некий Бенджамин Летт, один из лидеров антибританских повстанческих сил в районе Ниагары. В тот же год было принято решение об установке на Куинстон-Хайтс нового памятника. Новая, триумфальная колонна по проекту архитектора Уильяма Томаса, увенчанная каменной фигурой Брока почти пятиметровой высоты, была заложена в 1853 году, и останки Брока и Макдонелла были перезахоронены под ней в годовщину сражения при Куинстоне. Строительство нового монумента завершилось в 1859 году.

Upper Canada Preserved

В центре, внизу - серебрянная медаль "Upper Canada Preserved" из иллюстрированной полевой книги Бенсона Дж. Лоссинга "Война 1812 года" (Нью-Йорк: Харпер, 1868).

В Форт-Йорке, историческом месте, управляемом организацией "Музеи и службы наследия" в Торонто, есть красивый серебряный артефакт, связанный с войной 1812 года: наградная медаль Верхней Канады.

С одной стороны на ней лавровый венок и слова: "За заслуги. От благодарной страны". С другой - на медали стилизованная карта реки Ниагара: взволнованный американский орел закрывает крылья (США - справа), а через границу, слева, трудолюбивый канадский бобр мирно трудится, защищенный британским львом, который сидит и готов наброситься, если орёл попытается войти в Канаду. Вокруг этого изображения есть слова "ВЕРХНЯЯ КАНАДА". Как и многие объекты в коллекции Форт-Йорка, это не только эстетически приятный артефакт, но и имеющий за собой большую и интересную историю. К сожалению, в музее - пронумерованная копия 1910-х годов. Тем не менее, она находится в хорошей компании: вероятно, каждая из медалей этого дизайна, существующего сегодня, является репродукцией, потому что "Лояльное и Патриотическое общество", заказавшее медали во время войны 1812 года, уничтожило все, кроме трёх из них, в 1840 году, и эти три имели немного другой дизайн.

Знаменитая медаль "Верхняя Канада", как показано в иллюстрированной полевой книге Бенсона Дж. Лоссинга "Война 1812 года" (Нью-Йорк: Харпер, 1868): общество получило 50 таких медалей, из Англии, в 1813 году, но уничтожило все экземпляры в 1840 году. Они имели диаметр 2,5 дюйма (64 мм.).

Первоначально общество заказало медали из Англии, которые были разработаны молодым Томасом Вайоном младшим, главным гравером Королевского монетного двора. Хотя они были особенно красивыми примерами искусства гравера, обществу не понравилось творение Вайона, считая, что американская и канадская стороны границы на медали должны быть отменены (и, как это ни странно, "юг" должен быть наверху карты, а не "север"). Поэтому оно заказало вторую версию от кого-то другого (возможно, другого члена семейства гравёров Вайонов). Следующий дизайн был менее приятным для глаза, потому что он был, сравнительно, менее изящным. С точки зрения его внешнего вида основные отличия между ним и оригиналом - помимо изменения позиций Верхней Канады и Нью-Йорка - заключались в том, что в новую версию были включены названия ниагарских фортов и водных объектов на карте, а также год "1815" с другой стороны медали.

Разумеется, благотворительная помощь также заслуживает того, чтобы общество уважало тех, чье достойное служение помогло защитить Верхнюю Канаду, и его организаторы видели свою "злополучную" медаль в качестве основного средства для достижения этой цели. Первая чеканка медали, после британских побед в Макинаке, Детройте и Куинстоне, несла девиз "Upper Canada Preserved" ("Сохранение Верхней Канады"), тем самым провозглашая, своего рода вздох облегчения, что колония не была захвачена американцами. В начале военных действий большинство людей ожидало, что Соединенные Штаты победят провинцию, потому что британцы были сильно превзойдены численностью, и потому, что Великобритания мало надеялась на отправку значительного количества подкреплений, поскольку большая часть ее военных ресурсов была привязана к Европе, в борьбе с Наполеоном Бонапартом во Франции. Мы могли бы предположить, что девиз "Сохранение Верхней Канады" подтвердил чувство божественного вмешательства в выживание Канады, особенно поскольку вариации глагола "сохранить" появляются в петициях к божественному, в Книге общей молитвы Церкви Англии и в других подобных текстах. Мы даже можем предположить, что слова с другой стороны медали ознаменовали раннюю форму самоизвергающегося национализма канадцев: они говорили о заслугах и благодарностях, а не о славе и победе, хотя у людей Верхней Канады были веские основания быть гордыми. Иконография бобра и льва свидетельствовала о британской североамериканской идентичности, которая не только охватывала местный патриотизм, но и смотрела через Атлантику, в имперский центр для руководства, вдохновения и комфорта.

"Лояльное и патриотическое общество Верхней Канады" зародилось в столице провинции, Йорке (ныне Торонто, Онтарио). Согласно письму 1814 года ректора англиканского прихода города, Ревда Джона Страхана, идея общества возникла у Элизабет Селби, дочери генерала-приемника колонии, Придо Селби. В начале войны она считала, что благотворительность должна быть создана для облегчения страданий среди населения и признания достойного служения в защите провинции от американцев. Страхану понравилась эта идея, и в декабре 1812 года он основал общество (хотя председательствовал в нём Томас Скотт, главный судья провинции, а Страхан служил казначеем). Разумеется, Страхан взял на себя инициативу, а не Элизабет Селби, с учетом гендерного характера благотворительной работы в то время, потому что женщины редко могли вести благотворительные усилия, которые выходили за рамки чётко признанных женских сфер. В лояльном и патриотическом обществе, ориентированном на мужчин, с точки зрения его целей, не могут доминировать женщины, хотя они могут вносить деньги и играть второстепенные роли в организации. (Примером филигранной благотворительной благотворительной организации было Женское общество по оказанию помощи бедным женщинам в родах, основанная в Йорке несколькими выдающимися дамами, в 1820 году).

Люди, которые пожертвовали £1 в год в Лояльное и Патриотическое общество, стали голосующими членами, тогда как генералы британской армии и полевые офицеры, в Верхней Канаде, стали его почетными членами. Директорами общества были люди, которые пожертвовали, по крайней мере, 10 фунтов стерлингов в год, вместе со спикером законодательной ассамблеи колонии, членами законодательных и исполнительных советов, судьями и англиканскими священнослужителями. В 1813 году священнослужители других официально признанных церквей Рима и Шотландии также стали директорами. Однако их представители других ветвей, такие как методисты и баптисты, не были включены автоматически (кроме случаев, когда они сделали необходимое финансовое пожертвование), потому что они принадлежали к конфессиям, которые существовали в состоянии "инакомыслия" по отношению к "установленной" церкви. Частично, это отражало желание Иоанна Страчаха использовать Лояльное и Патриотическое общество в поддержку попытки церкви Англии утвердить свой статус официальной церкви колонии. Этот статус был под вопросом, потому что британский парламентский закон Канады от 1791 года, который создал провинцию, только подразумевал, что англиканство станет установленной верой, и, таким образом, Страхан и его сторонники чувствовали, что многое необходимо сделать для обеспечения такого обозначения. Он также выразил свое желание подтвердить роль церкви

с государством - как один из двух столпов, на которых можно было бы построить и поддерживать на юге Верхней Канадской границы упорядоченное и христианское общество. Проблема с перспективой Страхана состояла в том, что многие люди выступали против создания церкви, и эта концепция была оставлена ​​в течение десятилетий после войны, потому что провинция была слишком разнообразной религиозной, и времена были слишком либеральными, чтобы поддерживать привилегию одной деноминации над остальными. Предоставляя персонажу Лояльного и Отечественного общества нечто вроде англиканского блеска, Страхан, возможно, ослабил своё напор в этом направлении.

Несмотря на проблематичное видение ситуации, связанное с англиканским господством, Йоркский комитет общества - самый активный из нескольких - собрал то, что тогда было огромной суммой - 21 500 фунтов стерлингов к 1817 году, когда оно более или менее завербовало свои операции. Лондонский и Монреальский комитеты получили дополнительные 4000 фунтов стерлингов к 1819 году (в том числе взносы герцога Кентского и других влиятельных персон). Филиалы в других местах, например, в Кингстоне, также привлекали деньги, в то время как впечатляющая поддержка поступала из разных частей Британской империи. Например, законодательный орган Новой Шотландии пожертвовал 2500 фунтов стерлингов, в то время как из Вест-Индии отправили 1 400 фунтов стерлингов наличными, ромом и табаком. Генерал-майор сэр Роджер Шеффе и генерал-лейтенант сэр Гордон Драммонд дали 200 и 500 фунтов стерлингов соответственно, военные гарнизона Йорка пожертвовали дневную зарплату, Страхан предложил 10 процентов своего дохода во время войны, а англиканский епископ Квебека (чья епархия включала Верхнюю Канаду), вносил 75 фунтов стерлингов в год, на протяжении всего конфликта.

Первое усилие лояльного и патриотического общества было сосредоточено на предоставлении теплой одежды военным, которые служили вдоль реки Ниагара, зимой 1812-1813 годов. Несколько месяцев спустя, после победы американцев в битве, в Йорке, в апреле 1813 года, общество выделило 253 фунтов стерлингов для оказания медицинской помощи британским и канадским раненым в то время, когда в столице не было ни одного медицинского персонала британской армии. Зимой 1814-1815 года общество пыталось субсидировать цену хлеба в Йорке, чтобы помочь бедным пережить разрушительные последствия военной инфляции. Однако большая часть денег, которые общество собрало во время конфликта, оказало непосредственную помощь отдельным лицам, а не коллективным усилиям. Например, военный в Форт-Йорке, который не мог поддержать свою семью на его зарплату, получал еженедельное пособие, чтобы помочь удовлетворить его потребности. Две женщины, чьи мужья погибли, в результате, получили путевые деньги, чтобы вернуться в свои дома с линии фронта. (В то время некоторые семьи перемещались со своими мужьями и отцами-солдатами). Если военный скончался на службе, его вдова или родители обычно получали грант, чтобы помочь удовлетворить неотложные финансовые потребности. Помимо ответов на официальные заявления о помощи, общество распределяло деньги англиканским священнослужителям и горстке других видных людей, которые могли бы предоставить их нуждающимся, на разовой основе, когда они путешествовали по раздираемой войной провинции. После окончания военных действий общество предоставило некоторую компенсацию людям в районе Ниагары, дома которых были сожжены американскими войсками в 1813 году. Поддержка, конечно же, не была предоставлена ​​никому, кто подозревается в нелояльности. Благотворительная помощь также не была предоставлена ​​людям, которые не были "верхними канадцами", несмотря на сбор средств за пределами провинции. Например, командиру 104-го полка было отказано, когда он попросил помощи в отправке 20 вдов, проживавших с полком в Верхней Канаде, обратно в свои дома, в Нью-Брансуик.

Общество столкнулось с обычными ограничениями, присущими благотворительным предприятиям, в том, что его финансовые ресурсы не позволяли ему помогать больше, чем лишь части его потенциальных клиентов, и даже тогда оно могло предлагать помощь на скромных уровнях. Например, выплата в размере 25 фунтов стерлингов, обычно выдаваемая, например, при гибели военного на службе, была небольшой суммой денег за потерю основного кормильца семьи, даже по меркам того времени. То, как люди получали поддержку, способствовало тому, как Джон Страхан, его коллеги-священники и их сторонники видели сплочение англиканского христианства с его преданностью королю Георга III. Эти люди пытались объединить все слои общества по всей империи, чтобы объединить разрозненных людей в поддержку достойного благотворительного предприятия, как это было определено "государственной" церковью. Они пытались включить финансовых доноров из многих конфессий и назначили духовенство в совет директоров из двух других церквей в Верхней Канаде, которые англиканцы считали законными. Однако даже этот экуменический жест подтвердил первенство английской церкви и понизил статус основных конкурентов англиканства среди методистов и других несогласных протестантов. Подход, который принимали руководители общества, также представлял собой то, как элиты во всем западном мире (а также по обе стороны британско-американского разрыва) полагали, что сложившийся общественный порядок должен работать: путем сбора денег в широком смысле (с участием ведущих граждан, особенно щедрых), но путем направления помощи сверху вниз. Ожидается, что получатели помощи общества будут благодарны за признание, которое они получили за их верность, и взамен, будут служить образцами лояльности для других, чтобы те подражали им. Несмотря на ограниченность своих финансовых ресурсов и иерархическую повестку дня, которую оно приняло, Лояльное и Патриотическое общество, тем не менее, внесло значительный и измеримый вклад в улучшение печального воздействия войны на большое число людей в Верхней Канаде.

После возвращения мира общество использовало свой излишек средств для поддержки других достойных событий. В Йорке, например, оно дало деньги, чтобы начать благотворительную деятельность для "облегчения жизни несчастных, терпящих бедствие". В 1819 году общество использовало 4000 фунтов стерлингов, полученных из Лондона и Монреаля, чтобы создать учреждение, которое стало больницей Торонто. Общество также потратило 220 фунтов стерлингов, чтобы опубликовать 750 экземпляров подробного отчета о своей работе, в 1817 году, но оно ничего не давало своим директорам и волонтерам, как возмещение за их личные расходы, при выполнении своих обязанностей.

Лояльное и Патриотическое общество приобрело 62 золотых и 550 серебряных медалей, в 1814 и 1817 годах (из которых первые 50, в серебре, имели знаменитый, но отвергнутый проект Вайона). Руководители общества намеревались вручить золотые медали офицерам, серебряные образцы, разработанные Вайооном, для унтер-офицеров, а также серебряные медали второго образца - рядовым. Несмотря на планы общества, оно так никогда и не выдало медалей - решение, вызвавшее скандал в послевоенной Верхней Канаде. Главная проблема заключалась в том, что для этой чести было рекомендовано больше людей, чем могло бы удовлетворить предложение общества, и его директорам не удалось отличить достоинства различных потенциальных получателей. Поэтому, в 1820 году, директора решили конвертировать медали в слитки для поддержки других благотворительных акций, но в то время ничего не сделали. Ожесточение в обществе росло с годами. Между тем, медали второй конструкции лежали нетронутыми в сводах Банка Верхней Канады, в Йорке, в то время как медали первой конструкции остались в руках Томаса Скотта. Многие люди хотели, чтобы медали выдавались и проявляли нетерпение, когда общество не действовало по их требованиям. К 1830-м годам споры росли, когда политическая обстановка провинции стала поляризованной, особенно потому, что ведущие деятели Лояльного и Патриотического общества рассматривались как принадлежащие к "Семейному договору", элитарной группе, оскорбленной реформами политиков колонии. В 1840 году, когда большая политическая напряженность этого периода взорвалась в Восстании 1837 года (в котором большинство верховных канадцев, однако, оставалось верным Короне), законодательная ассамблея провинции начала расследование. Она рекомендовала обществу распределять медали достойным военным, которые все ещё были живы или их детям, если первые уже скончались "как дань галантности и верности храбрым и патриотическим мужчинам, для которых они были созданы" (когда общество вначале считало выдачей чести как высшим военным, так постоянным членам, а включение регулярных солдат, похоже, было заброшено или забыто в начале истории общества. (www.napoleon-series.org англ.)

Nerine sarniensis Nerine sarniensis

Слева и на заднем плане аверса и реверса (с реверса монеты 8 Дублонов) - цветок Гэрнсийской лилии (Nerine sarniensis).

Nerine sarniensis (Гернсийская лилия, лилия Джерси) является одним из видов цветущих растений. Несмотря на общее название это не истинная лилия и её родина zt Нормандские острова. На самом деле, в качестве члена семейства Amaryllidaceae она более тесно связана с Амариллисом и Штернбергией.

Nerine sarniensis

Nerine sarniensis это луковичное многолетнее растение, высота его достигает 45 см. (18 дюймов), высота - 8 см. (3 дюйма), с ремешкообразными листьями и соцветиями малинового цвета. Цветёт в конце лета и в начале осени.

Номиналы цифрами в нижнем левом и верхнем правом углах. Прописью внизу.

Комментарий:

Поскольку с 1921 года остров находится в валютном союзе с Великобританией, фунт Гернси не является самостоятельной валютой и привязан к фунту стерлингов в соотношении 1:1, и на острове принимаются деньги Великобритании, равно как и деньги Гернси принимаются к оплате в Великобритании.